ТЕОРИЯ АДВОКАТУРЫ

Приложение к журналу “Вопросы адвокатуры”

Часть четвёртая
АДВОКАТУРА И СВОБОДА

Глава первая. АДВОКАТ КАК ДЕМИУРГ СВОБОДЫ

Когда мы говорим о свободе, мы не подразумеваем свободу физическую. Каковы бы ни были законы, физическая свобода всегда одна и та же: я могу прыгнуть не выше такой-то высоты, могу видеть не дальше такой-то дальности и так далее. В связи с законами и вообще в связи с общественными проблемами мы говорим исключительно о представлениях о свободе. Наша свобода в этом случае измеряется тем, насколько мы ощущаем себя свободными, тем, что мы можем позволить себе и друг другу. Вот почему идея свободы и сама свобода одно и то же. Поэтому, какова идея свободы, заложенная в доминирующих общественных представлениях (религия, идеология, обычаи, мода и тому подобное), такова существующая в этом обществе реальная свобода.

Религия есть самый первый и самый глубинный источник наших представлений о свободе. Таким образом, религия есть главный источник нашей свободы. Не только какова наша религия, такова и наша свобода, но — какова религия наших предков, такова и наша свобода. Посредством воспитания мы наследуем от предыдущих поколений некий паттерн свободы, который, при всех изменениях, все же сохраняет в себе определенный инвариант, детерминирующий сами эти изменения больше, нежели какие-то привходящие обстоятельства.

Адвокат реально расширяет свободу своего доверителя, даже помимо судебной защиты. Он разъясняет ему его свободу, он делает его идею свободы более ясной и отчетливой, более широкой и гибкой. Более того, в целом ряде случаев адвокат просто открывает идею свободы для своего доверителя и, как демиург, своим словом творит чью-то свободу. Это особенно характерно для обществ, которые переходят от тоталитаризма к иным формам жизни. В тоталитарном обществе индивид воспитывается с сознанием минимальной, почти нулевой свободы, в рамках которой ему можно лишь то, что разрешено властями, а все остальное запрещено. Многие граждане зачастую просто боятся сделать тот или иной шаг, не располагая ясным и твердым дозволением начальства. Адвокаты в такой ситуации играют просто революционную роль, совершая настоящий переворот в сознании индивида, раскрывая перед ним широчайшие перспективы деятельности.

Адвокат наделен минимумом средств, чтобы защищать право, то есть свободу своего доверителя. Соответственно этому, он должен сам подвергаться минимальному давлению, которое могло бы ему помешать защищать право.

Канонический принцип, на котором зиждется правовая помощь и без которого не может существовать адвокатская профессия, — это доверие. В свою очередь, доверие может основываться только на обеспечении свободы профессии. Свобода всегда выступает как категория правовая, политическая, публичная. Если общество допускает свободу какой-либо деятельности, значит, оно признает эту деятельность нравственно оправданной и законной. И наоборот, если общество ограничивает свободу какой-либо деятельности, значит, оно видит в этой деятельности какую-то опасность для себя, считает ее нравственно сомнительной и малополезной.

Адвокат — человек свободной профессии; принимая профессиональные решения, он не состоит в зависимости от государственного служащего, не должен выполнять его указания, дожидаться его дозволений и так далее. Вмешательство чиновника в профессиональную деятельность адвоката, попытка поставить адвоката в зависимость от каких бы то ни было чуждых адвокатуре бюрократических инстанций есть чистый произвол, артефакт общественной жизни. Пытаясь поставить в зависимость от себя институт гражданского общества, чиновник сам добивается независимости от всеобщего интереса и воли Государя. Иными словами, таким образом фактически осуществляется бунт, мятеж чиновника против государства, а мятеж, как известно, приравнивается к государственной измене и считается тягчайшим преступлением.


Находится в каталоге Апорт Рассылка 'Журнал "Вопросы адвокатуры"' Яндекс цитирования Rambler's Top100