ТЕОРИЯ АДВОКАТУРЫ :: Заключение
ПРАВОЗАЩИТА КАК ТЕУРГИЯ

Приложение к журналу “Вопросы адвокатуры”

Теургия есть такое преображение бытия, которое приближает его к абсолютной разумности, божественности. Правозащита как миссия адвокатуры приближает бытие права и бытие в праве к абсолютной разумности и в этом смысле является правовой теургией. Задача адвоката в том и состоит, чтобы возвести оправдание в ранг абсолютного искусства, то есть искусства, действующего как теургия.

Примечание. В религиозном праве роль правозащиты сводится к минимуму. Считается, что нарушение или, напротив, соблюдение священного образа жизни чувствуется и понимается всеми и не нуждается в формализации, поэтому отпадает надобность в привлечении к судебному разбирательству знатоков права. Достоевский, отстаивавший принципы православия, считал, что в совершенном суде прокурор должен сам выставлять все аргументы защиты. В мусульманском судопроизводстве (мухакама) стороны сами выдвигают обвинение и сами защищаются. Стороны могут прибегать к помощи посторонних знатоков права, которые в процессе могут выполнять функции адвокатов, но для суда они могут быть только свидетелями (124).

Примечание. Поскольку естественное право имеет сильную тенденцию формироваться помимо преходящей воли властей, возникает реальная опасность, что власти, которые должны поддерживать данное право, сами будут стремиться нарушить его. В этом плане роль защиты естественного права несравнимо выше, чем защиты права позитивного. Здесь, кроме того, возникает критическая роль правозащиты, которая должна следить за тем, чтобы позитивное и реальное законодательство не приходило в противоречие с естественным правом. Таким образом, именно с формированием естественного права политическая роль адвокатуры становится неотъемлемой: правозащита обязана взять на себя инициативу критики существующих законов и законотворчества.

Прибавление. Если существует естественное право, должна существовать и естественная правозащита, то есть такая правозащита, которая не только защищает непреходящие нормы естественного права независимо от того, каково именно позитивное право, но и сама покоится на принципах естественного права. Иными словами, в естественном праве обязательно коренятся некие нормы организации и деятельности правозащиты. Например, для естественного права, выработанного в рамках западноевропейской (континентальной) традиции, общезначимыми принципами правозащиты можно считать следующее:

    1) высшей целью всякой правозащиты является непосредственно благо подзащитного, а не что-либо иное;
    2) правозащита может осуществляться всеми доступными способами с условием максимально возможного соблюдения позитивного права как такового и безоговорочного соблюдения позитивного права в той его части, которая не противоречит естественному праву;
    3) правозащита всеми силами противостоит карающим властям, стараясь в любой ситуации смягчить последствия карающей активности;
    4) правозащита опекает любого, кто в ней нуждается, независимо от каких-либо его особенностей (раса, национальность, пол, возраст, религия, политические убеждения, отношение к закону, гражданство, место проживания, язык общения, характер деятельности, образование, социальное положение, финансовое состояние, сексуальная ориентация, интеллектуальные способности, психологический склад и так далее);
    5) правозащита опекает также потенциально подзащитных, публично критикуя существующую практику правоприменения, само существующее право, а также оказывая максимально возможное влияние на процесс правотворчества.

Правозащита имеет силу и без признания властей, так как главная ее задача — разъяснение людям, преследуемым властями за свои действия, способов такого влияния на оценку властей, при котором эти действия представляются непротиворечащими праву. Власти либо считаются с правом, и тогда правозащита изначально достигает своей цели, либо оценивают действия людей произвольно, а любой человеческий произвол в оценке нестоек и подвержен всевозможным влияниям. Правозащита же вырабатывает искусство влияния на произвольную, субъективную оценку властей.

Примечание. В условиях конвенционального права все стороны любых правоотношений являются субъектами договора. Подзащитный выступает как тот, кто подозревается в нарушении им же подписанного общественного договора, а власть — как инстанция, призванная по этому же договору следить за его строгим соблюдением. В суде власть и подзащитный выступают как равные стороны, одна из которых обвиняет другую в нарушении договора и в связи с этим настаивает на выполнении своей обязанности (предусмотренной договором) компенсировать это нарушение. Правозащита вступает в договор с подзащитным; при этом обе стороны берут на себя определенные обязанности, то есть подзащитный в данном случае выступает не как пассивный объект правозащиты, но как активная сторона договора о правозащите и обязуется всячески ей содействовать. Защитник выступает на суде не как знаток права или как свидетель, но как уполномоченный представитель подзащитного. Кроме того, защитник выступает и как альтернативный власти гарант строгого соблюдения договора, призванный этим же договором к тому, чтобы следить за строгим соблюдением договора самой властью.

Правозащита противостоит власти как таковой, она противопоставляет принципы абстрактного права всякому позитивному праву. Поэтому для правозащиты нет границ, установленных между пространственными сферами действия отдельных властей. Правозащита в себе выступает принципом естественного международного права; и она должна быть таковой для себя и для других, то есть приобрести самосознание и статус транснационального сословия, имеющего свою организацию и принципы деятельности.


Находится в каталоге Апорт Рассылка 'Журнал "Вопросы адвокатуры"' Яндекс цитирования Rambler's Top100