ПРИНЦИП СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ ТРЕБУЕТ КОРЕННОГО
ИЗМЕНЕНИЯ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА

 

 

Одним из новых принципов, провозглашенных действующим в рамках уголовного процесса, объявлен принцип состязательности. Что же являет собой данный принцип?

Исходя из морфологического анализа термина, «состязание» – это соревнование за первенство в чем-то / * См. Ожегов С.И. Словарь русского языка. – М.: Рус. яз., 1988. – с.613. /. Состязаться – значит стремиться превзойти кого-нибудь в чем-нибудь / ** Там же /. Состязание предполагает кроме стремления к превосходству еще и наличие определенных правил и условий их осуществления. Тот же С.И.Ожегов указывает на необходимость предоставления сторонам состязательного судебного процесса равенства активных процессуальных прав при исключительных полномочиях суда. Иначе и быть не может, поскольку иное (то есть неравенство) может быть расценено как открытое или скрытное предоставление одной из сторон спора той или иной совокупности количественных и качественных преимуществ, способных дать ей исключительно льготное положение и обеспечить превосходство несоответствующим (недобросовестным, нечестным и т.д.) путем.

Действие рассматриваемого принципа, не охватывая досудебное производство (стадии возбуждения уголовного дела и процесс предварительного расследования), распространяется на стадию судебного разбирательства. Следовательно, только в суде состязание сторон (обвинения и защиты) должно происходить по одним и тем же правилам с предоставлением равных процессуальных прав при наличии соответствующих условий судебного разбирательства.

Вопросом, влияющим самым непосредственным образом на реализацию принципа состязательности, является вопрос о необходимости передачи в суд всех материалов предварительного расследования.

Суд, входя в процесс судебного разбирательства, имеет перед собой все материалы дела, предоставленные стороной обвинения. Сторона защиты со своей стороны не может представить ничего суду, кроме, пожалуй, переходящих со стадии предварительного следствия ходатайств и жалоб. Более того, суд предварительно знакомится с представленными материалами предварительного расследования, заранее создавая у себя тем самым (как бы не хотелось от этого уйти, но с психологией не поспоришь), общее и конкретное представление о событии преступления, подсудимом, потерпевшем, свидетелях, других обстоятельствах и доказательствах. Как в таких случаях суд может сохранять беспристрастность и непредубежденность при рассмотрении материалов уголовного дела, как того требует Закон?

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по сравнению с УПК РСФСР, существенно изменив вопросы, решаемые судом на этапе назначения уголовного дела к разбирательству, по-прежнему предусматривает передачу прокурором в суд всех материалов уголовного дела. Законодатель определяет, что суду после получения уголовного дела необходимо принять ряд решений: 1) подсудно ли уголовное дело данному суду; 2) вручены ли копии обвинительного заключения или обвинительного акта; 3) подлежит ли отмене или изменению избранная мера пресечения; 4) подлежат ли удовлетворению заявленные ходатайства и поданные жалобы; 5) приняты ли меры по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением, и возможной конфискации имущества; 6) имеются ли основания проведения предварительного слушания,

Для того чтобы принять эти решения, необходимо ли суду ознакомиться со всеми материалами уголовного дела? Давайте порассуждаем. Подсудность дела данному суду определяется исходя из правил, разработанных УПК, и зависит от ряда оснований, для установления которых достаточно ознакомиться с итоговым постановлением о привлечении в качестве обвиняемого (обвиняемых) или обвинительным заключением. Момент вручения копий обвинительного заключения или обвинительного акта отражен в соответствующем документе и также не требует изучения всего уголовного дела. Вопрос об изменении или отмене меры пресечения также не требует анализа всех материалов дела. Возмещение вреда, причиненного преступлением и принятие мер, обеспечивающих возможную конфискацию, отражается в справке, составляемой следователем по окончании предварительного расследования. Проведение предварительных слушаний, как показывает анализ судебной практики, проводится только по ходатайству сторон. Остается только последнее основание, которое также не требует изучения материалов уголовного дела, поскольку сторона защиты еще, как правило, находится в неведении относительно удовлетворенности ходатайств и жалоб, заявленных на предыдущей стадии процесса.

Для чего же тогда стороне обвинения направлять все материалы уголовного дела в суд, и почему сторона защиты лишена подобной возможности? Для чего суду (пусть об этом прямо и не говорится в УПК, но косвенно подразумевается) предварительно знакомиться со всеми материалами уголовного дела, собранными только одной стороной? Почему при наличии равенства сторон сторона обвинения имеет безусловное право предоставлять в суд любую совокупность доказательств и лиц, необходимых для исследования в рамках судебного следствия, а сторона защиты это же право может реализовать только под условием?

Рассматривая содержание данной стадии судебного разбирательства (которая до недавнего времени исторически именовалась стадией предания суду), профессор Леонид Евстафьевич Владимиров указывал: «Между тем, никакая процедура предания суду, основанная на обозрении лишь одних мертвых и часто вводящих в заблуждение актов предварительного следствия, не может вести к уяснению истины. Защита, основанная на одних только актах предварительного следствия, не принесет существенной пользы и будет ограничиваться лишь указанием на нарушение форм и обрядов судопроизводства или на неполноты следственного производства. Без коренной реформы нынешнего порядка предания, можно было бы значительно ослабить нынешние недостатки этой части процесса разрешением участвующим в деле лицам представлять лично свои объяснения обвинительной камере. В Высочайше учрежденной комиссии для пересмотра законоположений по судебной части, восемь членов (Гасман, Закревский, Кони, Лукьянов, Манухин, Спасович, Фойницкий, Щегловитов) высказали, по этому вопросу, следующее мнение: “Было бы полезно как в видах всестороннего освещения дела в обвинительной камере, так и в ограждение интересов участвующих в деле лиц допускать их или их поверенных к представлению судебной палате словесных объяснений. При этом возможно было бы, не усложняя процесс требованием объявления сим лицам о времени слушания дела в обвинительной камере установить, что упомянутые объяснения даются лицам, прибывшим к заседанию, которые таким образом сами должны были бы озаботиться иметь сведения о дне, когда рассматривается их дело” / *** Владимиров Л.Е. Advocatus miles (Адвокат-воин). Пособие для уголовной защиты. – Спб, 1911. – С.95-96. /.

И далее, давая итоговую характеристику данной стадии процесса, Л.Е.Владимиров говорит: «Предание суду есть процедура, имеющая задачей контролировать действия обвинительной власти и сдерживать ее эксцессы. В смысле же надлежащей оценки доказательств виновности эта процедура почти никакого значения не имеет, ибо она решает вопрос о силе доказательств не по настоящим источникам, лишь провизорно, под условием, что эти доказательства, при проверке, окажутся достоверными, убедительными. Строгологического места в оценке доказательств процедура предания суду не имеет, ибо она, как стадия процессуальная в разработке доказательственного материала, лишена логической необходимости. Это не более, как бюрократический прием для удерживания обвинительной власти в границах благоразумия, из которых прокуратура, увлекаясь духом преследования, часто стремится вырваться, особенно в случаях, возбуждающих общественное негодование против дерзости или жестокости или безнравственности преступления. Вот почему на практике, обвинительные камеры редко сосредотачиваются на оценке доказательного материала, предоставляя это будущему суду, а, главным образом, направляют свое внимание на обследование вопроса, соблюдены ли были формы и обряды в судопроизводстве и правильно ли применение законов там, где такое применение, в этих стадиях процесса, имеет место» / **** Владимиров Л.Е. Advocatus miles (Адвокат-воин), с.102-103. /.

Ранее исторически сложилось, что суд, предварительно знакомясь с материалами уголовного дела, для проведения судебного разбирательства давал как бы предварительную оценку относимости, допустимости и достаточности доказательств, собранных в ходе предварительного следствия. По УПК РСФСР 1960 года суд в распорядительном заседании был обязан решить следующие вопросы:

    1) подсудно ли дело данному суду;
    2) не имеется ли обстоятельств, влекущих прекращение либо приостановление производства по делу;
    3) собраны ли доказательства, достаточные для рассмотрения дела в судебном заседании;
    4) составлено ли обвинительное заключение в соответствии с требованиями УПК;
    5) подлежит ли изменению или отмене избранная обвиняемому мера пресечения;
    6) приняты ли меры, обеспечивающие возмещение материального ущерба, причиненного преступлением, и возможную конфискацию имущества;
    7) имеются ли по делу ходатайства и заявления обвиняемых, потерпевших, других заинтересованных лиц и организаций.

Суду, для ответа на вопрос о наличии доказательств, достаточных для рассмотрения дела в судебном заседании, требовалось обязательное тщательное изучение материалов всего уголовного дела. Изучение материалов дела было необходимо суду и для ведения судебного разбирательства, поскольку по старому процессуальному законодательству суд был наделен правами не только руководить, но и непосредственно проводить судебное следствие. Суд оглашал обвинительное заключение, первым допрашивал любого участника – подсудимого, потерпевшего, свидетеля и т.д. Изучение материалов уголовного дела, составление подробных конспектов показаний различных участников уголовного процесса позволяло суду в ходе разбирательства обнаруживать имеющиеся противоречия, выяснять их причины и по возможности устранять. Если в процессе изучения материалов уголовного дела суд обнаруживал неполноту предварительного следствия или дознания, которая не могла быть восполнена в судебном заседании, существенные нарушения уголовно-процессуального закона органами дознания или предварительного следствия, которое препятствовало рассмотрению дела судом и другие основания, то в ходе предания суду или в процессе распорядительного заседания дело направлялось на дополнительное расследование.

Кроме того, суды были обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства (ст.20 УПК РСФСР). Без предварительного исследования материалов уголовного дела с такой задачей было справиться невозможно, да и судебная практика того времени помнит значительное количество уголовных дел, приговоры по которым отменялись за невыполнение требований этой статьи.

УПК РФ 2001 года оставил в своем содержании такие критерии отмены приговора как: 1) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции; 2) нарушение уголовно - процессуального закона; 3) неправильное применение уголовного закона; 4) несправедливость приговора. Основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются: нарушение уголовно - процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора. Обратим внимание на содержание первого основания – именно несоответствие обстоятельствам, установленным не материалами предварительного следствия, а материалам судебного разбирательства.

Отсюда следует главный вывод – у суда уже нет ответственности за всесторонность и полноту рассмотрения уголовного дела в ее былом содержании. Как только с судьи снимается ответственность за ход расследования, отпадает необходимость в том, чтобы это лицо занималось обычным построением гипотетических теорий о сущности доказательств. В результате судья может спокойно и объективно выслушать аргументацию обеих сторон. Ему не нужно будет решать, когда следует прекратить сбор и представление доказательств, поскольку это будет входить в задачу сторон. Существуют также причины полагать, что стороны будут проводить расследование более тщательно, ибо они больше, чем кто бы то ни был, заинтересованы в сборе доказательств в свою пользу / ***** См.: Бернэм У. Суд присяжных заседателей. – М., 1995, С.95-98. /.

Почему мы столько внимания уделяем вопросу о том, необходимо ли суду предварительно знакомиться со всеми материалами дела или нет? Вся проблема заключается в том, что поскольку процесс судебного разбирательства является состязательным, постольку ни одна из сторон не должна пользоваться преимуществами в оказании влияния на суд, в том числе и предоставлением каких-либо материалов для изучения. Что означает для суда предварительное изучение материалов, направляемых ему прокурором после окончания дознания или предварительного следствия? Ответим: возникновение определенного предубеждения в виновности обвиняемого. Сторона обвинения, собрав вместе определенную совокупность доказательств и их источников, передавая их суду, пытается заранее убедить суд в том, в чем она сама убеждена – в виновности подсудимого. Изучая все материалы предварительного расследования в том виде и содержании, в котором они избраны представителями стороны обвинения, суд, еще не начав непосредственного судебного разбирательства, вырабатывает у себя пристрастное отношение к обвиняемому, так называемый обвинительный уклон. Представим себе аналогию, когда перед началом спортивных состязаний к судьям обращается представитель одного из участников и дискредитирует другого, заявляет, например, что соперник употребляет допинг. В этом случае у судей заранее вырабатывается негативное отношение к определенному спортсмену, влияющее как на ход соревнований, так и на их результат.

В литературе имеется достаточное количество публикаций, характеризующих как сам обвинительный уклон в деятельности судейского корпуса, так и причины такого явления. В.П.Смирнов называет, по крайней мере, на три фактора – психологический, социально-политический и юридический (нормативно-правовой). Ссылаясь на результаты проведенных исследований, он указывает, что 80% российских судей «заражены» обвинительным уклоном, то есть подавляющее большинство априори смотрит на подсудимого как на лицо, виновное в совершении инкриминируемого ему преступления / ****** См.: Панасюк А.Ю. «Презумпция виновности» в системе профессиональных установок судей// Государство и право, 1994, № 3, С.76-77. Цит. по: Смирнов В.П. Проблемы состязательности в науке российского уго-ловно-процессуального права. Государство и право, 2001, № 8, С.51-59. /. Специальные наблюдения за деятельностью судей, проведенные Л.Б.Алексеевой и Н.В.Радутной, показали, что 40% из них всем своим поведением в процессе демонстрируют, что они не сомневаются в виновности подсудимого, а 30% судей при опросе заявили, что для установления истины по делу им не нужен ни государственный обвинитель, ни адвокат-защитник / ******* См.: Алексеева Л.Б., Радутная Н.В. Предупреждение судебных ошибок, обусловленных обвинительным уклоном в деятельности судов первой и кассационной инстанций. М., 1989. С.39-54. /. Экспериментальные исследования, позже проведенные Е.Петровой, показали, что 84% судей в своей практической деятельности вольно или невольно (чаще невольно, не осознавая того), проявляют обвинительный уклон / ******** См.: Петрова Е. Установка на обвинение. Новый взгляд на старую проблему // Адвокатская практика, 2000, № 4, с. 8-13. /.

Почему возникает состояние обвинительного уклона, где кроется его источник? Ответ достаточно несложен – одним из источников обвинительного уклона является предварительное ознакомление с материалами всего уголовного дела, передаваемыми прокурором в суд.

Поэтому реальная «состязательность производства в суде должна быть обеспечена не призывами к объективности судей, а последовательным совершенствованием законодательства» / ********* Морщакова Т.Г. Судебная реформа. Сборник обзоров. – М., 1990, с.36. /.

Выход из ситуации в условиях невозможности стороне защиты проводить параллельное расследование и вместе со стороной обвинения представлять материалы своего «дела» может быть следующим – в суд должно поступать не уголовное дело целиком, а отдельные материалы, содержащие в себе сущность предъявленного обвинения, причем без доказательственной базы. Только в этом случае в суде действительно будет происходить состязание стороны обвинения и стороны защиты под руководством суда, который сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечит сторонам обвинения и защиты необходимые условия для реализации их прав. А сторона обвинения должна будет на основе материалов, полученных от органа уголовного преследования (который принял все предусмотренные законом меры по всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств уголовного дела, собрал доказательства, как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, установил обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, защиты прав и охраняемых законом интересов участвующих в уголовном деле лиц), исполнить свою обязанность доказывания предъявленного обвинения.

В итоге получается логичная процедура судебного разбирательства:

    1. Прокурор, рассмотрев поступившие от следователя материалы оконченного производством уголовного дела и признав их достаточность для поддержания государственного обвинения, направляет в суд итоговый документ, в котором отражаются основные позиции обвинения. Доказательственная база в данном итоговом документе (можно условно обозначить его как обвинительный акт) отсутствует.
    2. Суд, получив такой обвинительный акт, проверяет соблюдение подсудности данного уголовного разбирательства (по существующим ныне критериям) и иные обстоятельства, принимает решение о назначении судебного разбирательства.
    3. Государственный обвинитель на основе всех имеющихся у него материалов предварительного расследования (то есть находящегося у него уголовного дела), доказывает обвинение соответствующего лица (или группы лиц): вызывает и допрашивает свидетелей обвинения, потерпевшего, экспертов, исследует вещественные доказательства и письменные материалы, подтверждающие виновность и другие обстоятельства, входящие в предмет доказывания. Обвинитель также осуществляет перекрестный допрос свидетелей защиты и участвует в исследовании иных доказательств, представленных стороной защиты. Все документы, подтверждающие позицию государственного обвинения, обвинитель передает суду для приобщения к материалам уголовного дела.
    4. Адвокат, осуществляя защиту доверителя, участвует в исследовании доказательств, представленных стороной обвинения, производя перекрестные допросы соответствующих свидетелей, потерпевшего, экспертов и т.д. Кроме того, он вызывает в процесс свидетелей защиты, представляет вещественные доказательства и письменные документы, направленные на оправдание или смягчение ответственности доверителя. Все документы, необходимые для подтверждения своей позиции, защитник передает суду для приобщения к материалам дела.
    5. Суд обеспечивает соблюдение распорядка судебного заседания, разъясняет участникам судебного разбирательства их права и обязанности, непосредственно вместе со сторонами процесса исследует представленные обвинительные и оправдательные доказательства, создавая необходимые условия для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств уголовного дела. После окончания судебного разбирательства в соответствии с положениями главы 39 УПК суд выносит приговор, который может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном разбирательстве. В этом случае суд, находясь в совещательной комнате, постановляя приговор, основывается не на материалах предварительного следствия (как это происходит в настоящее время), а с протоколом судебного заседания, в котором нашли отражение все исследованные доказательства, необходимые для принятия итогового решения и с приобщенными к протоколу документами сторон.

Логическим продолжением обнаруженных противоречий и высказанных предложений может стать еще одно – только суд формирует материалы уголовного дела, на основании которых им принимается итоговое решение – приговор. В число этих материалов должен входить протокол судебного заседания и материалы, исследованные в суде и приобщенные к протоколу судебного заседания. Никаких других документов в уголовном деле, рассмотренном в суде быть не должно.

В вышестоящие судебные инстанции (апелляционную, кассационную, надзорную) должны направляться не материалы объединенного уголовного дела (в состав которых в настоящее время входят материалы предварительного следствия и судебного разбирательства), а только материалы уголовного дела, исследованные судом. В их состав включается полный протокол судебного заседания с материалами, приобщенными сторонами. Материалы предварительного следствия должны оставаться у государственного обвинителя для случаев, предусмотренных разделами XIII и XV УПК РФ.

Владимир Владимирович Печерский,
доцент кафедры криминалистики
Белорусского государственного университета

Находится в каталоге Апорт Рассылка 'Журнал "Вопросы адвокатуры"' Яндекс цитирования Rambler's Top100